Chapter Text
Это — больнее. Намного больнее, чем быть взорванным в той или иной степени. (Джим отстранённо рассматривает ожоги на руках, кажется, их рисунок навсегда въелся в его память) Пошатнувшаяся самоуверенность заставляет всё внутри корчиться в агонии посильнее предсмертной. Болит не сердце, не душа. Впервые за много лет болит гордость. Горечь поражения не даёт спать, и её привкус чувствуется даже после десятка выпитых чашек кофе и такого же количества выкуренных сигарет.
Да, он выжил, да, он снова всё просчитал. Всё, кроме мать-его-Шерлока. Что это ещё за благородные выходки? Решил пасть смертью храбрых? «Они сошлись в смертельной схватке, и, за неимением альтернатив, рыцарь-детектив решил погибнуть вместе с врагом». Чушь какая.
Как глупо было бы умереть вот так, когда ещё не все карты раскрыты, когда по-настоящему высокие ставки не были сделаны. Но в чём же он ошибся? Не нужно было возвращаться после такого эффектного ухода, тем более, что последнее слово всё равно осталось за ним? Или нужно было самому назначить встречу, выбрав другое, более подходящее место? Не похищать Джона? Не нанимать этих дурацких снайперов? ЧТО?! (Сигарета, сжатая в руке, обжигает ладонь, Джим тихо ругается.)
Что означает проигрыш? Потерю навыка? Нет. Односторонний опыт? Это уже ближе. Нечто новенькое? О, да.
Сейчас нужно наблюдать. Полученной раннее информации оказалось недостаточно, следовательно, требуется больше данных. Пусть птенчики пока успокоят нервы. Залижут раны. («Птенчики?» — Джим хмыкает, заваривая крепкий кофе и отмечая, что надо бы купить ещё и чего-нибудь менее жидкого и более калорийного.) А он придумает новые правила для новой игры. Более жёсткие, более... забавные.
***
Джим вернулся к ноутбуку. Итак, чем сегодня его разочарует мир? Куча свежих писем с пометкой «Help!» отвлекла его от новостей политики.
«Дорогой Джим, мой начальник меня достал...» Людей с ЧСВ всегда кто-то достаёт. Удалить.
«Дорогой Джим, у меня ужасная проблема. Мне нужно скрыться...» Езжай в Шотландию, становись волынщиком. Продул деньги, в трубку дуть научишься. Удалить.
«Дорогой Джим, помоги устранить соперницу...» А венец безбрачия с тебя не снять? Удалить.
«Дорогой Джим, развлеки, пожалуйста, моего соседа...» Ага, он теперь ещё и массовик-затейник. Удал...
Стоп.
Джим подавился кофе. Снова открыл письмо и посмотрел на подпись. Так и есть, Джон Уотсон. Джим привычным движением оттолкнулся от стола, подъехал к монитору, на котором две камеры показывали происходящее в квартире 221В на Бейкер-стрит. Уже две, в третью Шерлок на днях совершенно случайно выстрелил, по традиции превращая стены в решето. В гостиной стояла лёгкая задымлённость. Уотсон как раз закрыл ноутбук и со страдальческим видом направился на кухню, где видимость была вообще нулевая. Шерлок по-прежнему бесился со скуки...
Теперь понятным стал недавний звонок Уотсона Майкрофту Холмсу, и их последующая встреча.
Джим почувствовал, как губы растянулись в улыбке. Питомец заботится о хозяине, как трогательно. А, впрочем, несчастного доктора можно понять.
В голове Джима уже почти созрел текст ответа. Он ведь не может не откликнуться на этот крик души, верно?