Chapter Text
Джастер Мерил быстрым шагом преодолевал один поворот за другим, торопясь к выходу из донжона Кельдабе. Все инстинктивно расступались перед ним, и дело было даже не в напряжённом развороте плеч или звоне сапог по дюрасталевому полу. От Мерила ощутимыми волнами растекалось мрачное недовольство, приправленное тревогой.
Он замер лишь на пороге, окинув взглядом просторный тренировочный плац — по другую сторону от него находился вход в главную кузню Кельдабе, — и собрался уже свернуть к дороге, которая вела из старого центра города к ближайшему космопорту во втором круге города, с чуть более новой и просторной застройкой, как кто-то положил руку ему на плечо.
Джастер резко повернулся, но прикусил язык, сдерживая ругательства. Мидж, медик его личного отряда, хмуро уставился на Мерила.
— Соберись, Mand'alor, — сказал он.
Мерил поморщился, прекрасно понимая, на что намекал Мидж Гиламар. Пусть медик и не был Kara’tigaanur’e {адепты Силы, дословно “отмеченные звёздами”}, в отличие от Джастера, но яркие, неконтролируемые эмоции Мерила задели даже его. Мандалор бросил взгляд на сопровождающих его воинов, на их напряжённые плечи, на едва заметный наклон визоров, который намекал, что они избегают его взгляда — хоть он и мог знать этого наверняка, когда их лица были скрыты под шлемами.
Личный отряд Джастера никогда не избегал его взгляда. То, что эти негативные эмоции отпугивают его людей — в тот момент, когда ему как никогда нужна была их сплочённость, — отрезвило Джастера сильнее, чем грубое замечание медика. Он медленно выдохнул, пытаясь отпустить чувства, которые царапали сердце.
— Кто-то на корабле с гербом Kyr'tsad {Дозора Смерти} приземлился в Кельдабе — и как наши системы слежения их не видели вплоть до момента посадки, нам ещё предстоит узнать. Они утверждают, что на их корабле есть adiike {дети}, но…
Кэл Скирата вышел вперёд, снимая шлем, и посмотрел Джастеру прямо в глаза.
— Но если они соврали, прикрывшись ade {детьми}, то живыми с этого корабля уже не выйдут, — твёрдо сказал Кэл.
Сбоку послышалось фырканье, очевидное даже через вокодер, который должен был отфильтровывать подобные шумы. Кэл стремительно повернулся, уставившись на мандалорца в синей броне.
— Есть что сказать, Монтросс?
— Нет там никаких детей, я уверен, — в его голосе сквозило лёгкое презрение. — Готов поспорить, что они просто прикрывают свои задницы. Надо было подорвать их ещё на подлёте.
Джастер поморщился. Монтросс многие годы был его правой рукой, но его кровожадность порой не знала границ, и Мерил всё чаще сомневался, можно ли оставлять его на этой позиции. Пока что боевые навыки Монтросса перевешивали его стремление идти по головам — или, скорее, по трупам, — но Джастер начинал колебаться. Монтросс отлично справлялся с командованием небольшой группы наёмников, но его методы не подходили для политической фракции, которая уже насчитывала сотни, если не тысячи мандалорцев. Идея сбить корабль, на котором могли бы быть дети, была для Мерила совершенно неприемлемой. Даже если это и правда была ловушка, и на борту их ждал лишь вооружённый до зубов отряд Дозора Смерти, который избежал побоища на Конкорд-Доуне.
— Мы не смогли бы их сбить, даже если бы они не заявили, что на борту есть дети, — заметил Джастер, заталкивая свои сомнения поглубже. — Их засекли слишком низко над космопортом, и многие наши корабли пострадали бы от крушения.
Монтросс снова фыркнул, отворачиваясь, словно его абсолютно не волновала перспектива покалечить множество пилотов и техников, находящихся на территории космопорта — лишь бы вражеский корабль подстрелили. Джастер прищурился и продолжил:
— Кэл прав. Если они посмели прикрываться ade {детьми}, то это будет им уроком, — Мерил развернулся, и опять зашагал в сторону космопорта, даже не сомневаясь, что отряд последует за ним, — последним в их никчёмной жизни.
Оставшийся путь они провели в напряжённом молчании.
Корабль был оцеплен. Джастер мысленно пересчитал мандалорцев, которые окружили корабль, и понял, что сюда прибыло больше отрядов, чем он ожидал. У Мерила потеплело на сердце: его люди были готовы откликнуться на его зов без промедлений. Но, видя такое сосредоточение воинов, он обратился к Кэлу по внутренней связи:
— Я надеюсь, мы не привлекали отряды, которые сейчас должны патрулировать город?
— Нет, — ответил Скирата, моментально догадавшись, к чему ведёт Мерил. — Здесь только охрана и добровольцы, которые не были заняты в патрулях сегодня.
“Если это лишь отвлекающий манёвр, они не застанут Кельдабе врасплох”, — осталось несказанным.
Джастер Мерил остановился перед окружённым кораблем. Он не был хорошо знаком с этой конкретной моделью — корабль выглядел довольно старым и многократно отремонтированным, — но по его размерам можно было предположить, что подобное судно могло вместить в себя несколько отрядов. На боку был изображён стилизованный красный символ: настолько небрежно нарисованный герб клана Визсла, что он уже мало походил на рисунок визжащего ястреба, уходящего в крутое пике, а скорее выглядел как кровоточащая рана, оставленная внушительными когтями.
— Ещё не поздно подорвать этих hu'tunne {трусов}, — подал голос Монтросс. — Mand'alor, я могу...
Мерил поднял ладонь, призывая его замолчать. Монтросс заткнулся, всем своим видом излучая недовольство. Только после этого Джастер подал сигнал рукой, приказывая verde {воинам}, отвечающим за связь в космопорте, отправить сообщение на корабль. Получив подтверждение, что прибывшие собираются спускаться, мандалорцы замерли, держа бластеры наизготовку.
Трап с шипением открылся и начал плавно опускаться. В проходе маячила чья-то высокая фигура, но Джастер не мог разобрать деталей в темноте.
Не дожидаясь, пока трап коснётся обитого дюрасталью пола, незнакомец начал спускаться. Походка его была нарочито-вальяжной, но Джастер с его многолетним опытом вооружённых столкновений безошибочно опознал уверенную грацию опытного воина. В его шагах сквозила не самоуверенность, а спокойствие хищника, который ещё не выпустил когти.
Это был человек — или представитель очень близкого к людям вида. Тёмная кожа, тёмные волосы, которые были заплетены в дреды и ниспадали ему на плечи. Его лицо пересекала золотистая татуировка, и в воспоминаниях Джастера что-то заворочалось, но он не смог на ходу припомнить, для какого народа были характерны подобные татуировки. Незнакомец не носил брони — вообще, — и Мерил, не сдержавшись, хмыкнул, зная, что его внешний вокодер ещё выключен. Его высокое мнение о незнакомом воине несколько упало, но не настолько, чтобы начать недооценивать человека перед ним. Пусть его открытые руки (если не считать плотных перчаток) были слишком уязвимы, Джастер даже не сомневался, что этот человек имел при себе немало оружия помимо бластера в набедренной кобуре.
Проигнорировав направленные на его шею дула не менее тридцати бластеров, незнакомец прошёл прямо к Мерилу, остановившись на некотором расстоянии: недостаточно далеко, чтобы им пришлось повышать голос при разговоре, но недостаточно близко, чтобы оказаться на расстоянии вытянутой руки от мандалорцев из отряда Джастера. Расслабленная вальяжность оставила незнакомца лишь на короткое мгновение; он посерьёзнел и почтительно кивнул Джастеру: достаточно низко, чтобы выразить должное уважение, не переходя в поклон, который на Мандалоре считался бы оскорбительным. Однако, когда он выпрямился, на его лице снова заиграла лёгкая усмешка.
Джастер включил внешнюю связь.
— Имя? — требовательно спросил он.
— Квин. Квинлан Вос.
Мерил снова окинул его взглядом, никак не выдавая это наклоном головы. Обычно неподвижный шлем с затемнённым визором производил достаточно устрашающее впечатление, но усмешка Воса ничуть не померкла. Джастер мысленно отметил детали его чёрной одежды: короткое тонкое пончо, которое лишь слегка прикрывало плечи, но зато имело глубокий капюшон, выглядывающий из-под пончо плотный кожаный жилет, практичные брюки и высокие сапоги, — и задал следующий вопрос:
— Наёмник?
Квинлан кивнул, скрестив руки на груди.
— Член гильдии.
Это было легко проверить, и Джастер мысленно отметил эту деталь, чтобы вернуться к ней позднее. Но прежде, чем он успел что-либо сказать, Монтросс шагнул вперёд, встав плечом к плечу с ним.
— Работаешь на Kyr'tsad {Дозор Смерти}, aruetii {чужак}? — резко спросил Монтросс. — Откуда у вас этот корабль?
Мерил был готов поспорить, что будь Монтросс без шлема, он бы плюнул Восу под ноги. Тот совершенно спокойно повернулся к Монтроссу — с той же лёгкой ухмылкой на лице, — собираясь ответить, но его прервали.
— Они сбили наш, — сказал другой человек, вышедший из корабля. Сдвинулись дула, держа новоприбывшего на прицеле, пока незнакомый юноша спускался по трапу. — Мы были… вынуждены взять их транспорт.
Вос на секунду закатил глаза.
Джастер мысленно выругался, отмечая, что слишком много воинов настолько отвлеклись от входа в корабль, что проворонили второго пассажира — или члена команды. Да, Вос притягивал взгляды, собирал внимание всех присутствующих, словно магнит, но отвлечься настолько, что все бластеры были направлены только на него…
Второй незнакомец — высокий светловолосый юноша — подошёл ближе, также полностью игнорируя направленные на него бластеры. Он тоже был одет во всё чёрное, но рядом со своим товарищем выглядел так, будто готовился к высадке на планету с совершенно другим климатом. На нём была плотная утеплённая куртка — расстёгнутая, и под ней мелькало ещё несколько слоёв одежды. Даже его руки были скрыты чёрными перчатками — непокрытой осталась лишь голова. Джастер предположил, что это был пилот, причём пилот, привыкший водить корабли гораздо меньших габаритов: там крошечная кабина не давала возможность размяться, и зачастую бывали проблемы с отоплением.
Когда эти двое встали рядом, у Мерила в голове что-то щёлкнуло, будто встала на место недостающая деталь. Грация в пружинящих шагах. Аура спокойной небрежности под дулами бластеров, словно они безошибочно знали, что если они не начнут провокацию первыми, никто не нажмёт на курок. То, как они притягивали взгляды — или прятались от них. Мерил ощущал их присутствие немного приглушённо, пока на нём был buy'ce {шлем} из бескара, но, заметив эту деталь, он уже не мог её проигнорировать.
Они были Kara’tigaanur’e. Отмеченные звёздами. Этого нельзя было почувствовать сразу: в отличие от многих мандалорцев, которые ярко и не скрываясь транслировали каждую эмоцию, привыкнув постоянно носить шлемы, эти люди держали внушительные ментальные щиты. Джастер был уверен, что не смог бы прочувствовать мелкие нюансы их эмоций, даже если бы снял шлем, который приглушал его способности из-за бескара. Но Ka'ra текла вокруг них и сквозь них, ласкалась, как мурчащая тука, струилась под их руками, шёпотом предупреждала об опасности.
Брови Джастера поползли вверх. Два сильных Kara’tigaanur’e — уверенных, способных защитить свой разум, отвести внимание от искры своей души, спрятаться от мимолётного взгляда — и на одном корабле? Мерилу встречались отмеченные звёздами, как среди мандалорцев, так и среди наемников на Дальнем Рубеже, но они были довольно редки. Многие были самоучками, кто-то получал знания, собираемые их кланами многие поколения. Но среди малого числа Kara’tigaanur’e ещё меньше было тех, кто обладал сильной искрой и сильной волей — зачастую звёзды даровали своим детям менее яркие дары, которые было легко списать на обычный талант или банальное совпадение. Сам Мерил, к примеру, с лёгкостью вдохновлял своих verde {воинов} перед боем, мог делиться своими эмоциями, но долгие годы списывал это на талант удачно подбирать слова. Таких, как он, было много: фермеров, чья рассада всходила чуть быстрее; снайперов, которые никогда не упускали сложную цель; медиков, которым больше везло на поле боя, когда каждая секунда могла стоить чьей-то жизни. Но из сильных Kara’tigaanur’e, чья искра горела огнём походным костров, или ослепляла светом солнца, мало кто доживал до зрелого возраста. Кого-то похищали и ломали работорговцы. Кого-то звёзды забирали к себе, и они тихо умирали во сне безо всяких видимых причин. Кто-то просто исчезал — ходили слухи, что этих детей воровали джедаи, забравшиеся в тёмные уголки галактики, но никто не знал, насколько это правдиво. Кому-то удавалось совершить паломничество на Джедну и взять свои способности под контроль. В любом случае, Вселенная была не так уж добра к Kara’tigaanur’e, и обуздать свои навыки за пределами Ордена Джедаев было крайне сложно.
Пользуясь тем, что шлем скрывал его лицо, Джастер окинул их взглядом ещё раз, но не увидел среди их оружия jetii’kade {световых мечей}. Глаза незнакомцев тоже были непримечательными, и не горели нездоровым жёлтым огнём darjetiise {ситхов}. Джастер несколько успокоился.
— Сколько ещё на корабле? — он продолжил расспрашивать Воса.
Тот бросил короткий взгляд на подошедшего пилота и снова посмотрел на Джастера.
— Ещё один мой напарник, — ответил он, — и девятнадцать детей, которых мы спасли, — Квинлан вновь посерьёзнел, нахмурив брови. — Некоторым нужна медицинская помощь, так что если вы закончили с расспросами…
Мерил подал сигнал отрядам, стоявшим в окружении. Несколько мандалорцев вышли вперёд: baar'ure {медики} в бирюзовой броне, каждый в сопровождении одного-двух verde {воины}. Сам Джастер повернулся к Монтроссу, отдавая приказ:
— K'akio Goran be Keldabe {Позови Горана Кельдабе}, — и, жестом подозвав Гиламара и Скирату в качестве своего сопровождения, обратился к Восу и его пилоту, который так и не представился: — Пойдём. Докладывайте.
Мерил зашагал по трапу, и Вос почтительно отстал на полшага. Его пилот молча пошёл за ними, игнорируя двух мандалорцев за своей спиной. Представители других отрядов ещё подходили к кораблю, когда Мерил и Вос уже скрылись внутри.
— У всех подростков мы нашли вживлённые чипы, — сразу перешёл к делу Вос.
— Чипы? — переспросил Мерил. У него внутри ворочалось неприятное холодное чувство, но он до последнего не хотел верить, что Дозор Смерти мог сделать подобное. Каждый мандалорец знал, что ade {дети} — это будущее.
— Как у рабов, — мрачно процедил пилот, и в его тоне сквозила холодная, почти незаметная ярость, присущая тем, кто сам вырвался из рабских оков и обрёл свободу. — Мы сразу деактивировали все детонаторы.
— Сами чипы удалось извлечь не все, — подхватил разговор Вос. — Некоторые расположены так, что мы не рискнули проводить операцию. Меддройд на этом корабле… — он поморщился, — не того уровня. Еще трое сказали, что примут помощь только от… — Вос замялся, безуспешно пытаясь вспомнить термин, — мандалорских медиков. Остальным мы оказали медицинскую помощь по мере возможностей, хотя запасы бакты на этом корабле были весьма скудными. У многих останутся шрамы. Сейчас, помимо чипов, неотложных проблем нет. Но они все — физически и морально — не в лучшем состоянии.
По мере того как они двигались вглубь корабля, шаги Воса и его пилота становились все более гулкими, но Мерил не осознал, что они делали это специально, пока Вос, остановившись, не постучал в неприметную дверь. Пилота он пропустил вперёд, и сам шагнул в сторону, сигналом призывая Мерила сделать то же самое. Джастер машинально отступил в сторону: привычка следовать безмолвным сигналам членов его отряда, выработанная годами, оказалась быстрее сознательных размышлений. И, как оказалось, вовремя: как только пилот открыл дверь и проскользнул в комнату, мимо его головы пролетел ботинок.
— Хэй, Зубастик, — пилот шутливо отсалютовал и оседлал — задом наперёд — стоящий у входа стул. Он облокотился на спинку, излучая расслабленность и спокойствие. — Мы приземлились в Кельдабе.
Мерил заглянул внутрь, не скрывая своей настороженности. Это был медотсек: стандартного размера для подобного корабля, но коек в нём было раза в полтора больше положенного, из-за чего он казался совсем крохотным. Все были заняты подростками, некоторые из которых были совсем юными — настолько, что Джастер засомневался, прошли ли они свой verd'goten {обряд взросления, “рождение воина”} до того, как угодили в лапы Дозора Смерти. У всех где-то да виднелись перебинтованные раны. Повязки были явно свежими и довольно умело наложенными, насколько Мерил мог судить; но их тонкие истощённые руки и острые скулы буквально кричали о долгом голоде, последствия которого невозможно было исправить за несколько дней.
Большая часть пациентов спокойно лежала в своих койках: кто-то дремал и начал недовольно ворочаться, кто-то не отвлекался от своих датападов, кто-то лежал и смотрел в потолок. В целом, они были довольно спокойны. Но одна девушка — из подростков постарше, хотя Джастер не дал бы ей больше шестнадцати — сидела на кровати, свесив ноги, и сверлила взглядом пилота. Её лицо показалось Мерилу смутно знакомым: он был уверен, что не раз видел это недовольное выражение лица и сведённые к переносице брови, но не мог понять, кого ему напоминает эта девушка. Девушка, которая явно собиралась швырнуть в пилота второй ботинок.
— Да пошёл ты, Энакин, — оскалилась она (хотя в её расслабленных плечах не было намёка на угрозу, лишь раздражение и подростковый бунт) и картинно сплюнула на пол. Из ниши в стене моментально выехал маленький робот-уборщик, и с недовольным писком принялся за дело. В воздухе запахло антисептиком. Девушка его проигнорировала. — Мы приземлились час назад, di'kut {дурак, пустое место}. Если мы уже в Кельдабе, где Haat'ade {Истинные Мандалорцы}?
Джастер мысленно отметил имя пилота, который, похоже, не собирался представляться, и вышел вперёд, нарочито грохоча сапогами. Взгляд девушки — как и взгляды всех остальных подростков — моментально метнулся к нему. Она застыла на пару секунд, как испуганный зверь. Лишь глаза её двигались, торопливо отмечая детали брони Джастера: цвета, узоры и герб, изображённый на его груди. Поняв, что он действительно принадлежит к фракции Истинных Мандалорцев, она опять расслабилась, сразу растеряв всю свою злобную браваду, и позволила усталости — многолетней, всепоглощающей усталости — просочиться в её выражение лица. Брони на ней не было, но девушка всё равно стукнула себя кулаком в грудь в традиционном мандалорском приветствии. Другие дети тоже начали садиться на своих кроватях, повторяя за ней, но никто не обратился к Джастеру вслух. Они то и дело бросали взгляды на его герб — такое расположение сразу говорило о том, что Мерил является главой клана, — но были явно не уверены, как к нему обращаться.
Мерил медленно, телеграфируя свои намерения, снял шлем. Затылком он ощущал раздражение Скираты, который пристально следил за Восом. Но медотсек действительно был полон ade {детей}, которые, независимо от их фракции, стремились попасть в Кельдабе — и его доверие к доставивших их aruetii {чужакам} заметно возросло. Скирата мог считать, что это слишком рискованно — но Мерил был уверен, что не получит здесь выстрел в голову. Он решил рискнуть. Сняв шлем, он показал подросткам, что считает это место достаточно безопасным.
—Su'cuy, verd'ike {Привет, маленькие воины}. Я Мандалор Мерил. Добро пожаловать в Кельдабе.
